Аспекты мобилизации: к вопросу о тенденциях развития Вооружённых сил Украины

Аспекты мобилизации: к вопросу о тенденциях развития Вооружённых сил Украины

На основе информации из открытых источников мы попытаемся рассмотреть некоторые примечательные тенденции развития Вооружённых сил Украины (ВСУ) в ходе кампании 2022 г. В настоящей статье мы начнём с наиболее важной и основополагающей — резкого расширения численности в результате мобилизации.

Введение

Утром 24 февраля 2022 г. Вооружённые силы Украины не были «армией мирного времени».

Власти Украины не соблюдали режим прекращения огня, установленный Минскими соглашениями 2014 и 2015 г., и целенаправленно продолжали боевые действия на востоке Украины в 2015 — начале 2022 г., консервируя их на уровне конфликта низкой интенсивности, чтобы поддерживать в стране националистические и милитаристские настроения, обкатывать войска и повышать их боеспособность. Очевидно, украинская элита надеялась на то, что в будущем ей выпадет благоприятный шанс на завоевание повстанческих регионов Донбасса и, может быть, даже Крыма в стиле хорватской операции «Буря». По оценкам ряда наблюдателей (для примера упомянем мнения военных экспертов Константина Макеенко и Михаила Ходарёнка) в период после поражения под Дебальцево (2015 г.) украинская армия стала только сильнее.

В 2021 — начале 2022 г. обострение дипломатических трений с Российской Федерацией способствовало повышению численности ВСУ и некоторым организационным реформам в них. А принятие российским руководством решения о проведении начиная с 24 февраля 2022 г. специальной военной операции в целях демилитаризации и денацификации Украины побудило режим в Киеве объявить о всеобщей мобилизации.

Конфликт низкой интенсивности резко разросся. Украина перешла в режим ведения «тотальной войны», равно как и Луганская и Донецкая Народные Республики, но только не Россия — в представлении её властей ВС РФ должны были провести ограниченную военную операцию силами малочисленного экспедиционного контингента из добровольцев, стремясь при этом по возможности причинить как можно меньше потерь не только гражданскому населению (что само собой разумеется), но и вооружённым силам противника, — всё равно что «применить молот только для лёгкого касания», как выразился американский исследователь Роджер Макдермотт.

Несмотря на значительные успехи союзных сил РФ, ЛНР и ДНР и большие потери ВСУ, к началу осени заявленные цели специальной военной операции не были достигнуты, а противник с переменным успехом провёл ряд попыток контрнаступления. 21 сентября 2022 г. руководство РФ объявило о проведении частичной мобилизации. Можно принять эту дату как новую веху, что даёт повод подвести некоторые итоги предыдущего этапа в истории конфликта.

В сентябре ВСУ были уже совсем не в том состоянии, что 24 февраля. Западная пропаганда вкупе с украинской рисуют образ прекрасно экипированных и пафосно-воодушевлённых воинов света на современной импортной технике, легко и непринуждённо громящих превосходящие силы орков с их ржавыми АК. Реальность иная.

В первую очередь следует отметить, что в 2022 г, как и в 2014 г., в ходе конфликта вооружённые формирования Украины обладают колоссальным численным превосходством.

Исходные данные

На 1 января 2022 г. штатная численность Вооружённых сил Украины составляла 261 000 человек, в том числе 215 000 военнослужащих, из них 11 тысяч — это кадровый состав Сил территориальной обороны.

Кроме ВСУ, на Украине имеются войска и в других силовых структурах. Штатная численность Государственной специальной службы транспорта Украины (ГССТУ — это железнодорожные войска) — 5000 человек, в том числе 4600 военнослужащих; Государственной пограничной службы Украины (ГПСУ) — 53 000, в том числе 45 000 военнослужащих; Национальной гвардии Украины (НГУ) — 60 000 человек, в том числе не менее 52 000 военнослужащих. Итого вместе с ВСУ: 379 тысяч, в том числе 316,6 тысяч военнослужащих.

Кроме того, можно упомянуть и другие силовые структуры Украины, более или менее военизированные по своей природе, не беря в расчёт ведомства чисто гражданского характера (вроде миграционной службы). Штатная численность Службы безопасности Украины (СБУ) — 27 000 человек, а в особый период она увеличивается до 31 000; предположительно, около 80 % сотрудников СБУ считаются военнослужащими (что даёт число не менее 21 600); Службы внешней разведки Украины (СВРУ) — 4350 сотрудников, в том числе 4010 военнослужащих; Государственной службы специальной связи и защиты информации Украины (ГСССЗИУ) — 7500 человек, в том числе 6095 военнослужащих; фактическая численность Национальной полиции Украины (НПУ) по состоянию на 1 января 2022 г. — 134,3 тысячи человек; штатная численность Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) — не более 700 человек. Сотрудники этих ведомств вносят прямой вклад в военные усилия режима, в некоторых случаях даже принимая непосредственное участие в боевых действиях (в частности, известно о применении в боях спецподразделений СБУ, НПУ, НАБУ).

Все вышеупомянутые структуры, относящиеся, по украинской официальной терминологии, к сектору обороны и безопасности, в общей сложности насчитывали примерно 552 850 человек, в том числе ориентировочно 348 305 военнослужащих. При этом можно было бы внести в этот список вооружённых формирований и некоторые другие ведомства, в частности Государственную службу Украины по чрезвычайным ситуациям (ГСУЧС) и Государственную уголовно-исполнительную службу Украины (ГУИСУ): сотрудники первой из этих служб устраняют последствия бомбардировок и проводят разминирование, персонал второй задействован в охране военнопленных.

22 февраля 2022 г. на Украине начался так называемый призыв резервистов в особый период. На следующий день секретарь Совета национальной безопасности и обороны (СНБО) Украины Алексей Данилов заявил, что по состоянию «на сегодня» (видимо, имелось в виду — к концу дня 23 февраля) количество призванных резервистов «будет составлять 36 тысяч человек».

Фактически призыв резервистов означал начало мобилизации.

Утром 24 февраля вооружённые формирования Украины насчитывали уже не менее 352,6 тысяч военнослужащих (в ВСУ, ГССТУ, ГПСУ, НГУ), не считая персонал спецслужб (СБУ, СВРУ, ГСССЗИУ).

24 февраля 2022 г. президент Украины объявил о проведении общей мобилизации.

Сколько человек может быть мобилизовано на Украине в теории?

31 января секретарь СНБО Алексей Данилов заявил, что Украина может мобилизовать до 2,5 миллионов человек. По его словам, до 420 тысяч человек имели боевой опыт, приобретённый в конфликте на востоке Украины. В публичном выступлении 11 февраля главнокомандующий ВСУ генерал-лейтенант Валерий Залужный оценивал мобилизационный ресурс Украины как 1,5-2 миллиона человек.

Численность населения Украины в границах территории, фактически контролировавшийся правящим в Киеве режимом, по состоянию на 1 января 2022 г. составляла около 37,5 миллионов человек. Государственная служба статистики Украины (Укрстат) определяла численность наличного населения на 1 января 2022 г. как 41 130 432 (без учёта Крыма, но включая ЛНР и ДНР). Население ЛНР и ДНР по состоянию на начало года оценивалось органами статистики республик как 1,4 и 2,2 млн соответственно (1 405 153 и 2 211 453, в сумме 3 6166 06, если быть точным). Если вычесть эти числа из 41 130 432, получится около 37,5 млн (37 513 826).

За время проведения специальной военной операции мобилизационный потенциал Украины формально снизился из-за оттока значительной части населения за рубеж и утраты контроля над рядом территорий, но не так существенно, как могло бы показаться при поверхностном подходе к данным.

По статистике Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев по состоянию на 30 сентября в странах Европы (включая Россию, Беларусь, Великобританию, Турцию) были зарегистрированы 7 536 433 беженцев из Украины (в том числе выходцев из ЛНР и ДНР), из них 2 786 229 — в РФ и РБ. Какая-то часть беженцев вернулась обратно. 4 183 841 человек обратился за получением временного убежища (или схожего статуса) в странах Европы (не считая РФ, РБ, Турцию), что указывает на намерение остаться за границей на относительно долгое время. Теоретически даже из этой категории некоторое количество людей всё равно могли передумать и вернуться, но, вероятно, таких немного (не более десятков тысяч). В ЕС беженцам из Украины временное убежище даётся на срок до 4 марта 2023 г. с возможностью его продления. Среди поселившихся в ЕС есть и выходцы из ЛНР и ДНР, но таких явно немного.

По данным ООН, в РФ и РБ зарегистрированы 2 786 229 беженцев. Кто-то из них в дальнейшем уехал в ЕС и мог получить там временное убежище (может быть, несколько десятков или сотен тысяч). Значительная часть (около половины, по некоторым утверждениям) въехавших в РФ — выходцы из ЛНР и ДНР. Статистика ООН, возможно, занижает число беженцев, оказавшихся в РФ. Допустим, по меньшей мере миллион беженцев с украинских земель, не считая выехавших из ЛНР и ДНР, точно остались в РФ.

Можно осторожно предположить, что Украину в фактических границах по состоянию на 23 февраля 2022 г. покинули не менее 5 млн человек, то есть осталось не более 32,5 млн.

Вероятно, не менее 1,5-2,5 млн человек проживают на освобождённых союзными силами территориях, контролировавшихся Украиной по состоянию на 23 февраля. Таким образом, фактически под властью режима в Киеве находятся не более 30-31 млн человек.

В то же время беженцы из Украины — это преимущественно женщины и дети (87 % от общего количества, согласно одному из исследований Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев). Военнообязанным покидать страну было запрещено. Мужчины, сбежавшие заграницу, скорее всего слишком стары, больны или влиятельны, чтобы подпасть под мобилизацию, даже если бы они остались в стране. Потеря земель же, вероятно, была скомпенсирована отчасти корректировкой мобилизационных заданий для подконтрольных регионов в сторону увеличения, отчасти — призывом внутренне перемещённых лиц (вынужденных переселенцев) в большей пропорции по сравнению с коренными жителями центральных и западных регионов и прибытием некоторого количества добровольцев извне страны. Вполне возможно, что за счёт этого эффект территориальных потерь в отношении мобилизационного ресурса был нивелирован в значительной мере или даже полностью. В дальнейшем мы расскажем о призыве внутренне перемещённых лиц более подробно.

Таким образом, реальный мобилизационный потенциал Украины изменился намного слабее, чем может показаться исходя из цифр об эмиграции. На наш взгляд, при его анализе целесообразнее опираться скорее на оценку численности наличного населения в 37,5 млн, чем на меньшую цифру.

Во время Второй мировой войны ряд стран смогли мобилизовать от 10 и более процентов населения (Германия — 25,7 %, СССР — 17,5 %, Австралия — 14,4 %, Финляндия — 14,3 %, Венгрия — 13,1 %, Япония — 12,7%, Великобритания и США — по 12,3 %, Новая Зеландия — 11,9 %). 10 % от населения Украины — 3,7 миллиона. Но украинское государство, даже по оценкам его высших официальных лиц, не обладает необходимыми запасами вооружения и иными ресурсами, чтобы хотя бы в теории рассчитывать на столь высокий уровень мобилизации.

При этом, что любопытно, формально Украина имеет даже больший (относительно общей численности населения) мобилизационный ресурс, чем предвоенный СССР. Если учитывать мужское трудоспособное население (в возрасте от 15 до 64 лет), то на Украине, согласно официальным данным за 2020 год, к этой группе относилось 34,9 % населения, а в СССР на момент переписи 1939 года к ней принадлежали только 28,3 %. Можно сузить круг до лиц, отвечающих требованиям мобилизации по возрасту, то есть мужчин в возрасте от 18 до 60 лет, в 2020 г. на Украине они составляли 28,9 % населения, а в СССР 1939 г. - 24,7 %. Однако Украина получила преимущество за счёт пожилых людей в возрасте старше 40, тогда как доля мужчин от 18 до 40  была выше в предвоенном СССР. Очевидно, что среди людей старше 40 труднее найти годных к военной службе, чем среди более молодых. 

28,9 % от 37,5 миллионов - это примерно 10,8 миллионов. Потенциально на Украине по мобилизации могут быть призваны более 10 миллионов человек

 

Структура резерва и волны мобилизации

Структура военного резерва Украины включает 3 компонента: оперативный резерв; мобилизационный людской резерв; общественный резерв.

Оперативный резерв (ОР) по очередности привлечения делится на резерв первой очереди и резерв второй очереди, состоящий из резерва наращивания и территориального резерва.

Резерв первой очереди, состоящий из резервистов и военнообязанных (преимущественно с опытом участия в боевых действиях), предназначен для доукомплектования органов военного управления, воинских частей и подразделений боевого состава ВСУ и других формирований.

Резерв наращивания включает резервистов и военнообязанных, предназначенных для комплектования органов военного управления, воинских частей, военных учебных заведений, учреждений и организаций, не вошедших в боевой состав ВСУ и других формирований.

Территориальный резерв включает резервистов и военнообязанных, предназначенных для комплектования воинских частей, подразделений территориальной обороны.

Согласно «Белой книге» Министерства обороны Украины за 2021 год, в оперативный резерв были зачислены 234 тысячи человек, в том числе в оперативный резерв первой очереди (ОР-1) — 148 тысяч, второй очереди (ОР-2) — 86 тысяч.

Первая волна мобилизации как раз охватывала оперативный резерв. Фактически резервистов начали призывать ещё 22 февраля.

Как выше было отмечено, штатная численность ВСУ и других войск Украины по состоянию на 1 января — 316,6 тысяч. С добавлением 234 тысяч резервистов — уже 550,6 тысяч военнослужащих.

Важная особенность оперативного резерва — его участники с первого дня могут быть направлены на укомплектование действующей армии.

Мобилизационный людской резерв (МЛР) включает военнообязанных, не включённых в оперативный резерв.

Согласно определению из постановления Кабинета министров Украины, мобилизационный людской резерв включает военнообязанных, предназначенных для комплектования высших военных учебных заведений, учебных частей (центров) с целью доукомплектования личным составом органов военного управления, органов управления, воинских частей, учреждений и организаций ВСУ и других формирований после соответствующей подготовки (переподготовки) по соответствующим военно-учетным специальностям и другим соответствующим специальностям, а также военнообязанных, которые находятся в запасе ВСУ и других формирований.

На Украине военнообязанные (из рядов как оперативного, так и мобилизационного резерва), имеющие опыт военной службы или привлекавшиеся на военные сборы, могут быть посланы напрямую в части действующей армии, минуя учебные центры.

Общественный резерв, как сказано в постановлении Кабмина, формируется из граждан, в частности резервистов, военнообязанных, добровольно участвующих в обеспечении национальной безопасности и обороны государства. Резервисты и военнообязанные, включенные в состав общественного резерва, предназначаются для комплектования ВСУ и других формирований в особый период в установленном порядке с учётом их принадлежности к оперативному и мобилизационному людскому резерву.

Участники общественного резерва, не включённые в состав ОР и МЛР, — это те, кто не прошёл в военнообязанные в силу возраста, пола.

Общественный резерв может использоваться при укомплектовании добровольческих формирований территориальных общин (ДФТО).

На Украине принято говорить о четырёх волнах мобилизации.

Первая проходила с 24 (фактически — с 22-го) февраля и предусматривала призыв оперативных резервистов, бывших военнослужащих, имевших боевой опыт, ветеранов АТО и ООС, в возрасте до 40 лет.

Вторая волна мобилизации началась с 15 марта 2022. Заявлялось, что будто бы в основном она охватывает тех, которые проходил срочную службу или служил по контракту в период начиная с 2014 года.

Третья — это призыв военнообязанных, окончивших военные кафедры вузов и ставших офицерами запаса, которых не призвали во время предыдущих мобилизационных волн. Сообщения о начале третьей волны мобилизации появлялись с 6 апреля 2022 г.

Четвертая волна мобилизации подразумевает призыв всех остальных граждан, не имеющих возрастных и физических ограничений по призыву на военную службу.

Согласно заявлению секретаря СНБО от 21 октября, официально считается, что на Украине идёт третья волна мобилизации. Фактически же с первых дней мобилизации призывались и те, кто служил в армии очень давно или не служил вовсе.

Динамика и масштабы мобилизации

Наиболее интенсивно мобилизация проводилась в конце февраля — начале марта.

Так, по заявлению главнокомандующего ВСУ, сделанному 27 февраля, за два дня (имеются в виду дни в конце февраля, но какие именно — неясно, возможно 25-е и 26-е) были мобилизованы почти 100 000 человек, из них половина — в Силы территориальной обороны.

За первые 13 дней специальной военной операции в Полтавской области были призваны свыше 9 тысяч человек — примерно столько же, сколько за 6 этапов мобилизации в 2014 — 2015 гг.

Данные по регионам позволяют выявить динамику мобилизации и примерно оценить её масштаб.

2 марта начальник Львовской областной военной администрации заявил, что в регионе мобилизованы больше 12 тысяч человек. 17 марта он говорил о том, что призваны были свыше 26 тысяч, 21 марта — о том, что их почти 28 500, а 24 марта — о том, что их более 30 тысяч. Кроме того, свыше 20 тысяч изъявили желание записаться в ДФТО. К 1 июня, по словам начальника Львовского областного центра комплектации и социальной поддержки, число мобилизованных в регионе составило около 40 тысяч (1,62 % населения области). Как видно, за апрель и май мобилизованы втрое меньше людей, чем за февраль и март.

По официальным данным на 1 февраля 2022 г. Львовская область насчитывала 2,48 млн населения (6,6 % от 37,5 млн). Если исходить из того, что мобилизационное задание на область пропорционально численности населения, то 2 марта на Украине было порядка 182 тысяч мобилизованных, 17 марта — около 394 тысяч, 21 марта — примерно 432 тысячи, 24 марта — порядка 455 тысяч, 1 июня — около 606 тысяч.

В Ивано-Франковской области (3,6 % от общей численности наличного населения Украины) по состоянию на 31 марта были мобилизованы около 16,5 тысяч человек, а по сведениям на 14 апреля — около 18 тысяч (1,33 % населения региона). Применяя ту же пропорцию ко всей Украине, приходим к оценкам в 458 и 500 тысяч соответственно.

В Черновецкой области (2,4 % населения страны) по данным на 22 мая мобилизованы были почти 10 тысяч (не более 1,11% населения региона).

В Днепропетровской области (8,2 % от 37,5 млн) по состоянию на 17 марта мобилизованы были почти 25 тысяч, по данным на 8 апреля — свыше 50 тысяч (1,57 % населения региона). Экстраполируя на всю страну, получаем (почти) 305 и (свыше) 610 тысяч соответственно.

В Волынской области (2,7 % от населения страны) по состоянию на 22 марта мобилизованы были свыше 10 тысяч человек (0,98 % населения региона).

Всего в 5 областях (4 в глубоком тылу, 1 прифронтовая — такая вот выборка из 25 регионов страны) с населением общей численностью примерно в 9 млн (8 830 527, около 23,6 % от 37,5 млн) мобилизовано не менее 128 000 человек (1,45 % от населения), примерно 14 495 на один миллион. В пересчёте на 37,5 миллионов — около 544 000.

Даже если взять 30 миллионов, получится около 435 тысяч, при этом, как мы знаем, на деле мобилизационный потенциал Украины уменьшился не настолько сильно, как общая численность её населения, так что 435 тысяч — явно значительно заниженная оценка.

Обратите внимание: нам известны лишь старые, отрывочные и неполные данные о мобилизации. К настоящему моменту на Украине мобилизовано значительно больше людей.

Интересная особенность украинской мобилизации — высокий процент призванных среди внутренне перемещённых лиц. Так, в Черновецкой области по состоянию на 14 июня мобилизовали четверть из почти 5 тысяч вынужденных переселенцев, вставших на воинский учёт в регионе, при почти 10 тысячи мобилизованных в целом по Буковине. В Ивано-Франковской области по данным на 14 апреля из 8400 военнообязанных из числа внутренне перемещённых лиц призваны 1800 человек (10 % от общего числа мобилизованных в регионе). В некоторых районах Львовской области среди мобилизованных внутренне перемещённые лица составляли до 20 %. По словам начальника Львовского областного ТЦКиСП, в ряды ВСУ попали 10 % всех, кто прибыл в область из других регионов Украины.

Чем можно объяснить этот тренд? Во-первых, как уже было отмечено, утеря территорий оставила брешь в мобилизационном плане, а призыв переселенцев позволяет её хотя бы частично заделать. Во-вторых, выходцев из «сепарских» регионов украинским властям в целом и конкретным работникам военкоматов в частности ещё менее жалко терять, чем жителей высоколояльных областей. В-третьих, некоторое (но неясно, насколько статистически значимое) количество военнообязанных с освобождённых союзными силами территорий поехали на запад только для того, чтобы записаться в ВСУ.

В апреле и мае темпы мобилизации резко снизились по сравнению с февралём и мартом, притом что мобилизационные резервы по-прежнему были далеки от исчерпания. Похоже, мобилизационный план в основном был выполнен ещё к концу марта. Впрочем, снижение темпов призыва объясняется и нехваткой вооружения, снаряжения и финансовых фондов.

Начиная специальную военную операцию, Вооружённые силы РФ только отчасти смогли упредить мобилизацию и развёртывание противника и в целом не смогли воспрепятствовать ему в их проведении. Сорвать мобилизацию удалось разве только в Херсонской области (и то не полностью) и, пожалуй, в отдельных частях Луганской, Харьковской, Киевской областей. Ряд городов в Черниговской и Сумской области были блокированы, но военкоматы в них продолжали работать. Даже в Волновахе и Мариуполе, быстро ставших полями боя, украинские военные смогли развернуть местные батальоны территориальной обороны.

Успешное проведение украинскими властями мобилизации в феврале — марте резко осложнило стратегическую обстановку для ВС РФ, что, как можно предположить, повлияло на решение военно-политического руководства России о выводе войск из северных регионов Украины.

К началу второй фазы специальной военной операции Украина провела мобилизацию и развёртывание, а ВС РФ по-прежнему действовали ограниченным экспедиционным контингентом. Заслуживает восхищения, что в столь неблагоприятных условиях, многократно уступая в силах противнику, российские военные и ополченцы ЛНР и ДНР всё равно продолжали успешно наступать.

21 мая президент Украины Владимир Зеленский упомянул в интервью, что на её стороне воюют 700 тысяч. Эта оценка вполне правдоподобна (316,6 тысяч — штатная численность войск на 1 января, — плюс 400-500 тысяч мобилизованных и некоторое число добровольцев, минус безвозвратные потери) и может быть даже заниженной. Ввиду обстановки на фронте для украинских властей имело смысл преуменьшить численность своих сил.

8 июля министр обороны Украины Алексей Резников заявил на конференции: «Мобилизованы в ВСУ – до 700 000 человек, пограничники – до 60 000, Нацгвардия – до 90 000, Национальная полиция – до 100 000. У нас сегодня более 1 млн человек в форме обеспечивают деятельность сектора безопасности и обороны».

По всей вероятности, министр имел в виду текущую численность силовых структур Украины: кадровый состав в сумме с призванными по мобилизации и записавшимися на службу добровольно (включая иностранцев) за вычетом безвозвратных потерь.

Любопытно, что число один миллион Резников назвал ещё 13 мая в контексте закупок и производства: «Мы ориентируемся на необходимость обеспечить один миллион людей, которые будут преодолевать врага». Неясно, было ли такое количество бойцов в наличии на тот момент или речь шла о планке, которую предстояло достичь в будущем.

Если исходить из слов Резникова, численность НГУ увеличилась на 30 тысяч (либо 38 тысяч — если имелись в виду только военнослужащие), ГПСУ — на 7 тысяч (либо 15 тысяч), ВСУ — на 439 тысяч (либо 485 тысяч), а в сумме за счёт мобилизованных и добровольцев ВСУ, ГПСУ и НГУ увеличились на 476 тысяч (либо 538 тысяч). В то же время численность полиции только снизилась (со 134,3 до 100 тысяч), что объясняется уходом части сотрудников в войска и потерей территориальных подразделений НПУ на освобождённых союзными силами территориях. Вероятно, по тем же причинам снизилась численность персонала ГСУЧС и ГУИС, возможно, также и НАБУ, но штат специальных служб (СБУ, СВРУ, ГСССЗИУ) точно не уменьшился, напротив, он должен был вырасти за счёт призванных по мобилизации.

В общей сложности к середине лета силовые структуры Украины однозначно насчитывали более миллиона военнослужащих и сотрудников гражданского персонала, в том числе ориентировочно около 800 тысяч военнослужащих.

Командующий оперативно-стратегической группировкой войск «Александрия» генерал-майор Андрей Ковальчук 1 августа (или незадолго до этой даты) говорил, что мобилизовано полмиллиона людей и ещё полмиллиона Украина может мобилизовать при необходимости. Между этими словами и заявлением Резникова о 700 тысячах нет противоречий: вероятно, военный имел в виду призванных по мобилизации без учёта кадрового состава воинских формирований, а министр обороны — общую численность.

Нельзя исключить, что цифры украинских властей (500 тысяч, 700 тысяч) всё же тем или иным способом искусственно завышены, например, за счёт включения в них участников добровольческих формирований территориальных общин (ДФТО), но это маловероятно. Напротив, они могут быть занижены.

Экстраполяция известных по открытым источникам региональных данных о мобилизации подтверждает, что численность вооружённых формирований Украины ещё к началу лета выросла не менее чем на 500 тысяч военнослужащих (тем более если учитывать не только призванных по мобилизации, но и добровольцев, в том числе иностранных).

Вместо заключения

Подведём итоги. Как следует не только из слов украинских официальных лиц, но и из косвенных оценок, киевскому режиму удалось мобилизовать значительное количество военнообязанных. К началу апреля было призвано, как можно предположить, не менее 300 тысяч человек, многие из которых оказались на фронте в первые же дни после зачисления в ряды армии. Мобилизация спасла киевский режим (на время). Без неё уже весной ВСУ были бы полностью разгромлены. К началу лета было мобилизовано не менее 450-500 тысяч человек. Прибытие на фронт больших партий «пушечного мяса», прошедших краткий курс подготовки или вовсе оставшихся без оной, в июне — июле помогло ВСУ в целом стабилизировать ситуацию и создало условия для перехода в контрнаступление.

В ситуации колоссального численного превосходства противника российские власти вынуждены были в итоге принять политически трудное, но необходимое с военной точки зрения решение о проведении частичной мобилизации.

Оцените иронию ситуации. Власти РФ намеревались вести боевые действия в модном современном стиле, подобно США на рубеже тысячелетий, — немногочисленными экспедиционными силами из профессиональных солдат, сохраняя при этом в стране режим мирного времени. Украинское государство поступило в духе «старой школы»: перманентная мобилизация, безразличие к потерям среди собственных военных и гражданского населения, яростная пропагандистская накачка. Армия XXI века против армии XX века.

Шутка истории: радикально антикоммунистически и антисоветски настроенный националистический режим на Украине спасается за счёт советского наследия и действует советскими методами. Вообще в каком-то смысле конфликт, начавшийся в 2014 г, это отложенная на четверть века советская гражданская война.

Мобилизация на Украине не остановилась после весны, о чём свидетельствуют, в частности, некрологи на призванных. Численность ВСУ продолжает увеличиваться, но, вероятно, не настолько резко, как весной.

Главным препятствием для дальнейшего расширения вооружённых формирований Украины является состояние её тыла. Несомненно, украинские военные мобилизовали бы намного больше людей, если бы могли обеспечить всех призванных вооружением, снаряжением, транспортом и т. п. Поставки с Запада не покрывают все потребности украинского режима.

Мобилизационные резервы Украины далеки от исчерпания, и теоретически её власти могут призвать ещё сотни тысяч. Однако наиболее ценные элементы мобилизационного резерва (оперативный резерв и ветераны АТО и ООС, не попавшие в ОР) уже использованы. Чем дальше, тем ниже будет качество кадров и тем большее социальное напряжение будет вызывать мобилизация.

Осенняя распутица, выпадение снега и увеличение численности ВС РФ в результате частичной мобилизации резко ослабят шансы ВСУ на успешные наступательные действия. «Окно возможностей» для ВСУ постепенно закрывается. Естественный вариант поведения для Украины — пытаться наступать в как можно более короткие сроки, чтобы извлечь максимум из имеющегося численного превосходства до прибытия на фронт основной части мобилизованных россиян, подобно тому как Германия провела «весеннее наступление» в 1918 году, чтобы упредить появление в Европе экспедиционных сил США. В целях поддержки «осеннего наступления» и в преддверие перехода к обороне украинские власти, возможно, приняли решение об увеличении набора в сентябре — ноябре.

Мобилизация предоставила в распоряжение украинского командования сотни тысяч бойцов разного уровня подготовки. Как оно их использовало — рассмотрим в следующей статье.

 

Lostarmour | Carthago Delenda Est

2014-2022